Моя нелюбимая девочка
– Ирада, я же предупреждал, что это ненадолго? Сразу сказал: ничего серьезного между нами быть не может, – процедил он, с силой сжимая ее плечи. – Каждый взял свое.
– Верно, Аслан, – Ирада вскинула голову и посмотрела прямо, не позволяя ему заметить слезы. Поплачет потом. – Каждый получил, что хотел. Ты – новую игрушку, свежую кровь. А я… – она усмехнулась ему в лицо. – Мне просто нравилось спать с тобой. Так что не воображай, будто ты особенный. Сорвал цветок – поздравляю. А теперь уступи дорогу тем, кто моложе!
– Ты о чем вообще, девчонка? – рыкнул он, резко притянув ее к себе.
И правда, зачем она говорит эти слова назло? Ведь на самом деле Ирада любит его до боли – без надежды и без ответа. Он ее первый и единственный, и никто другой ей не нужен. Только Аслану это не важно: много лет его сердце принадлежит другой.
– Верно, Аслан, – Ирада вскинула голову и посмотрела прямо, не позволяя ему заметить слезы. Поплачет потом. – Каждый получил, что хотел. Ты – новую игрушку, свежую кровь. А я… – она усмехнулась ему в лицо. – Мне просто нравилось спать с тобой. Так что не воображай, будто ты особенный. Сорвал цветок – поздравляю. А теперь уступи дорогу тем, кто моложе!
– Ты о чем вообще, девчонка? – рыкнул он, резко притянув ее к себе.
И правда, зачем она говорит эти слова назло? Ведь на самом деле Ирада любит его до боли – без надежды и без ответа. Он ее первый и единственный, и никто другой ей не нужен. Только Аслану это не важно: много лет его сердце принадлежит другой.