Счастливая случайность
По глупой случайности я прикрепила к письму в издательство не тот документ: вместо обещанного фэнтези ушел «тот самый» файл — фанфик о безнадежной, стыдной и всепоглощающей влюбленности… в моего нового редактора.
Жизнь и так успела потрепать меня: болезненное расставание, резкий поворот в карьере, затем переезд из провинциальной глуши в самое сердце Нью-Йорка. В довесок — мой личный «подарок» в виде синдрома, из-за которого меня периодически накрывают обмороки, а рядом всегда должен быть Бенджи, мой обаятельный спасатель на четырех лапах. Но ничто из этого не подготовило меня к нему.
Чейз Доусон — мой редактор. Ледяные голубые глаза, фигура, от которой сбивается дыхание, безупречные темные волосы. Добавьте остроумие и блестящий ум — и получите идеального книжного бойфренда. И да, я точно знаю, о чем говорю, потому что только что расписала каждую его черту в жарких подробностях в рукописи, которую никто — тем более он — не должен был увидеть. А я взяла и отправила ее Чейзу по почте.
И это еще не самое страшное: мой потрясающий редактор даже не подозревает, что сам убедил руководство дать зеленый свет книге, где он — главный герой. Он держит в руках роман о себе. О нас.
А впереди — два месяца в одном кабинете: правки, переписывания и разбор по строчкам каждого волнующего абзаца. Абзаца из романа, который слишком откровенно рассказывает о нас двоих.
Жизнь и так успела потрепать меня: болезненное расставание, резкий поворот в карьере, затем переезд из провинциальной глуши в самое сердце Нью-Йорка. В довесок — мой личный «подарок» в виде синдрома, из-за которого меня периодически накрывают обмороки, а рядом всегда должен быть Бенджи, мой обаятельный спасатель на четырех лапах. Но ничто из этого не подготовило меня к нему.
Чейз Доусон — мой редактор. Ледяные голубые глаза, фигура, от которой сбивается дыхание, безупречные темные волосы. Добавьте остроумие и блестящий ум — и получите идеального книжного бойфренда. И да, я точно знаю, о чем говорю, потому что только что расписала каждую его черту в жарких подробностях в рукописи, которую никто — тем более он — не должен был увидеть. А я взяла и отправила ее Чейзу по почте.
И это еще не самое страшное: мой потрясающий редактор даже не подозревает, что сам убедил руководство дать зеленый свет книге, где он — главный герой. Он держит в руках роман о себе. О нас.
А впереди — два месяца в одном кабинете: правки, переписывания и разбор по строчкам каждого волнующего абзаца. Абзаца из романа, который слишком откровенно рассказывает о нас двоих.